Чтобы продвинуться в понимании этого вопроса хотя бы на шаг вперед следует в полном обьеме отказаться от весьма распространенной в наши дни точки зрения о противопоставлении физической науки и классического искусства. В реальной жизни то, что мы часто считаем совершенно не связанным между собой вещами или событиями, на деле оказываются тесно связанными едиными и универсальными принципами.
Примеров тому великое множество. Возьмем, например, Микеланджело (1475-1564) — великий итальянский скульптор, художник, поэт и мыслитель. Сохранилось много документов о его жизни и творчестве — свидетельства современников, письма самого Микеланджело, его личные и профессиональные записи. Из них нам стало известно, что Микеланджело всю свою жизнь интересовался анатомией, в том числе и в прикладном ее аспекте, участвуя во многих вскрытиях. Неслучайно его статуя «Давид», находящаяся сейчас в музее Академии изящных искусств во Флоренции, считается идеалом человеческого тела.
Здесь мы можем видеть в основании великого мастерства и художественного вкуса Мастера точное научное знание анатомии человеческого тела. Мне представляется, просто в качестве мысленного эксперимента, что если бы Микеланжело лишили его научного знания о человеческом теле, то из его работ пропало бы восприятие чего-то, очень слабо различимого и неосознаваемого, что поставило бы его в один ряд с хорошими, но не выдающимися художниками своего времени. В этом смысле, именно научное знание сделало Микеланджело крупнейшим представителем искусства эпохи Возрождения.